Гонитель

В [Трубачев (ред.) 1980: 22] реконструируется праславянская форма *gonitelь, к которой восходят слова многих славянских языков. Производящее — праславянский глагол *goniti.

Не исключено, что древнерусским книжным языком слово заимствовано из старославянского языка: стсл. гонитель «преследователь, гонитель»: «ни гонителя отъгъна познавьша твое цѣсарьствие» [Супр: 507].

На протяжении длительного времени в русском языке слово употреблялось в двух значениях — прямом и переносном.

В прямом значении «тот, кто гонится за кем-либо, стремясь поймать» слово фиксируется в памятниках XVI — конца XVIII века, например: «Мамай же гонимъ сый, прибѣжа близъ города Кафы, бегаа предъ Тактамышовы гонители, и съслася съ кафинцы по докончанию и по опасу, дабы его приали на избавление, дондеже избудеть отъ всѣхъ гонящихъ его» [ВЛ: 41]; «До Коголника гнанъ со всѣми татарами; и конечно был бы взятъ, толко дятко ево, пересадя на свою лошадь, упустилъ, а сам, противъ гонителей ево ставъ и бився, въ руки нашимъ за спасение ево отдался» [Петр: 71. 1696 г.]. Ср. фиксацию этого значения в словарях: «тот, кто гонится за кем, преследует кого-л., стремясь поймать» [Сорокин (гл. ред.) 1989: 163] (с пометой, указывающей на выход значения из употребления); «тот, кто гонится за кем в намерении поймать» [САР II: 205]. В [Даль], [Сл 1847] и словарях современного языка это значение не фиксируется.

Переносное значение фиксируется раньше прямого — в XII веке — и сохраняется у слова вплоть до современности : «Гла(с) кръве брата твоего въпиеть на тя к богоу . яко авелева на каина . и инѣхъ многыихъ дрѣвниихъ гонитель и оубоиникъ» [ЖФП: 59в]; «Иже нѣкогда гонитель, нынѣ же гоним, иже нѣкогда грѣшенъ нынѣ же помилованъ» [КозмИнд: 194]; «Он есть страж правосудия, и гонитель лицеприятия» [Зритель II: 168]. Толкования этого значения в словарях: «тот, который утесняет другого под вымышленными видами; обидчик, угнетатель, утеснитель» [САР II: 205]; «преследователь, притеснитель, угнетатель» [Сорокин (гл. ред.) 1989: 163]; «преследующий кого или что-либо» с иллюстрациями: Г. невинности, Г. пророков» [Сл 1847 I: 276]; «гонящий, преследующий, обижающий, притесняющий кого-либо; преследователь, теснитель, обидчик» [Даль I: 375], (высок.) «Притеснитель, преследователь» [Словарь 2007: 161].

В прямом значении слово употребляется преимущественно в светских памятниках, в переносном — в церковно-книжных.

В [Филин (гл. ред.) 1972: 5] приведены толкования и примеры употребления слова гонитель в говорах: «О том, кто бежит, гонится за кем-либо. А я за милым другом не гонитель... // О том, кто стремится достать что-либо для себя... Наши родители за тем не гонители».

Слово управляет формой родительного падежа: «ангелъ же ненавистьникъ... божествьныхъ съборъ гонитель» [Сб XII–XIII: 43]; гонитель свободы. Управление дательным падежом не фиксируется после XIV века: «Неронъ... гонитель первыи бы(с) божествьномоу словоу» [ГА: 160б].

Мотивирующий глагол чаще всего управляет формой винительного падежа, например: «и како стоит миръ всь и еще ли гонять моучители крьстиянъ» [ПрЛ: 66а]. Кроме того, гонити управляет сочетанием предлога по с формой местного падежа; это управление встречается в летописном рассказе: «и рече Святославъ Олговичь. строема своима. далече есмь гонилъ по Половцехъ. а кони мои не могоуть» [ЛИ: 224 (1185)].

Губитель

Реконструированная в [Трубачев (ред.) 1980: 165] праславянская форма *gubitelь (от *gubiti) сопровождается следующим примечанием: «Надежность реконструкции невелика ввиду книжного характера, а возм., и распространения соответствий в отдельных слав. языках (наряду с примерами стар. употребления)»; ср. стсл. гоубитель: въчера съвязанъ бывааше дьнесь нераздрѣшеными оузами. съвязаетъ гоубителя» [Клоц: 13а].

Слово фиксируется в значении «губитель» с XI в. почти исключительно в церковно-книжных древнерусских памятниках: «Вънезаапоу нападеть ихъ гоубитель» [ПандАнт: 82]; «молихъ ся богоу . низъринеться гоубитѣль и крѣпость бѣсовьская да ся расторгнеть» [ГА: 156г]. Употребления в светских памятниках были редкими и фиксируются поздно, ср. употребление в светском памятнике XVII века: «они мнѣ и супостаты и скотишку и животишку моему губители» [КоллЗин № 91. 1665 г.]. В этом значении слово употреблялось и в XVIII–XIХ веках и употребляется в современном языке: «Тамошние жители сказали про него , что великой де озорник и губитель, человек де пять-шесть пошло от его рук» [Посошков: 235]; «Истребитель, тот, кто губит кого или что» [САР II: 418]; «Губящий кого или что-либо» [Сл 1847 I: 300]; «кто губит, погубляет что, кого» [Даль I: 405] (высок.); «Тот, кто губит, погубил кого-что-н.» [Словарь 2007: 175]. Слово отмечено и в говорах — в [Гецова (ред.) 1999: 128]: «экспресс. Тот, кто губит кого-н. Други́йе оццы́ не оццы́, а губúтели детéй».

В [ЗС: 37–37об] слово употреблено в значении «дерзкий, непочтительный человек»: «Аще кому будеть сынъ непокоривъ . губитель непослушая рѣчи отьца свое(г) . и ни матери».

На протяжении всего периода своего функционирования описываемое слово управляет родительным падежом: «святыхъ гоубитель и божественныхъ съборъ гонитель» [Сб XII–XIII: 43].

До XVII века включительно не менее активно используется управление дательным падежом: «и ловця волкомъ и губителя всякимъ злымъ звѣремъ» [МПр: 7]; ср. приведенное выше «скотишку и животишку моему губители» [КоллЗин № 91. 1665 г.]. В дальнейшем это управление выходит из употребления и в современном языке почти не применяется. Из 225 употреблений слова в Национальном корпусе русского языка (НКРЯ, [www.ruscorpora.ru]) управление дательным падежом представлено лишь двумя контекстами из одного и того же автора: ср. «Что хочешь сказать? Я людям губитель? — Себе прежде» (Георгий Владимов. Три минуты молчания. 1969); «... себе не губитель» (Георгий Владимов. Большая руда. 1961). В остальных контекстах слово представлено многочисленными примерами управления родительным падежом и абсолютивным употреблением.

Мотивирующий глагол гоубити управляет формой винительного падежа: «гоубить господь глаголюштяя лъжоу» [Изб 1076: 31об]; «и рече Редедя къ Мьстиславу. что ради губивѣ дружину межи собою» [ЛЛ: 50 (1022)].

Мучитель

«Производное с суф. -telь (имя деятеля) от *mǫčiti...» [Трубачев (ред.) 1994: 115]. В старославянском языке слово имело два значения: 1. «тот, кто мучит кого-н.; палач»: «прогнѣвавъ ся господь его . прѣдастъ и моучителемъ» (Мт XVIII, 34) [МЕ, АЕ, СаввКн]; 2. «правитель, тиран, властитель»: «моучитель... вьзбѣсивъ ся дастъ о нею отъвѣтъ . мечемъ оумо рити я» [Супр: 184], [Цейтлин 1997: 100].

В древнерусском языке слово имело эти же два значения, одно из которых было утрачено, а другое сохранилось до настоящего времени.

Сохранилось значение «тот, кто мучит, палач». Оно отмечено уже в XI веке: «И прогнѣвавъся господинъ его, прѣдастъ и моучителемъ» (Мт XVIII, 34) [ОЕ: 76 (1056–1057)]. В дальнейшем слово регулярно фиксируется в церковно-книжных памятниках и словарях. Одно употребление отмечено в летописи (см. ниже). Приведем некторые фиксации слова мучитель в значении «тот, кто мучит кого-н.; палач»: «и ничтоже иного не приобрящеши вѣжь. но токм(о) иже во отьца моучитель и оубица наречешися» [ЖВИ: 91г]; «безъмилостивъ сыи . моучитель другымъ чловѣкомъ головы порѣзывая и бороды . а другымъ очи выжигаше» [ЛИ: 197об (1172)]; «Мукарове-мучителе» [Ковтун 1975: 291. XVI в.]; «Естьлиб мог я надѣяться.., то бы я не пожалѣл жизнию своею жертвовать во избавление ее из рук ея мучителя» [ПриклМарк II: 49]; «Тот, кто мучит или жестоко наказывает» [Сл 1847 II: 334]; «Кто мучит кого; виновник мучений» [Даль II: 363]. Сходные толкования — в словарях XХ века и XХI века.

Второе значение — «правитель, тиран, властелин» — зафиксировано в текстах XV–XIХ веков: «Мною (мудростью) велможа величаются и мучителе мною дръжать землю (Притч. VIII, 15−16) [БиблГенн]; «Сан гражданина казался ему презрителен, он стяжал престола, не как мучитель, хотящий взойти на оной силою, но как человек хитрый, пронырливый под видом исправления в правлении злоупотреблений» (А. Н. Радищев. Размышления о греческой истории или о причинах благоденствия и несчастия Греков (перевод книги Г. де Мабли с французского). 1773); «Уже мучитель Константинъ, Великим названный, следуя решению Никейского собора, предавшему Ариево учение проклятию, запретил его книги, осудил их на сожжение» (А. Н. Радищев. Путешествие из Петербурга в Москву. 1779–1790). Ср. толкование в [Сл 1847 II: 334]: «2. Властелин, владыка».

В некоторых контекстах соединены семантические компоненты, входящие в первое и второе значения: «жестокий правитель, властелин, являющийся мучителем подвластных ему людей»: «Уне есть моучителемъ работати . негли страстемъ» [Пч: 38]; «Но не предай же насъ до конца имени твоего ради. Что бо речеть мучитель [Батый]: гдѣ есть богъ ихъ?» [Батый: 112]; «надобно прочесть внимательно всю историю страдания нашего отечества во время его порабощения ордынцами, — и вдруг вообразить Россию, над врагами своими торжествующую, иго мучителей своих свергшую» (М. М. Херасков. Историческое предисловие (к «Россиаде»). 1771–1779); «На громоносном престоле свирепого мучителя Россия увидела постника и молчальника более для келии и пещеры, нежели для власти державной рожденного» (Н. М. Карамзин. История государства Российского. Т. 10. 1821–1823); ср. толкование в [САР IV: 342]: «Кто мучительски с подвластными поступает; кто во зло употребляет власть данную».

Помимо постоянного управления родительным падежом («Какой ты немолодых дам мучитель» (Василий Аксенов. Таинственная страсть) и мн. др.), возможно гораздо более редкое управление дательным падежом. В НКРЯ из 1150 текстов управление дательным падежом отмечено всего три раза: «Чем я вам мучитель, — отвечал я» (Ксения Букша. Эрнст и Анна. 2002); «... поймать явившегося злодея и разорителя Пугачева, а наипаче господам благородным дворянам мучителя» (В. Я. Шишков. Емельян Пугачев. Книга третья. Ч. 2. 1934–1945); «завистливые люди сами себе и другим мучители» (М. Д. Чулков. Пересмешник, или Славенские сказки. 1766–1768).

Разоритель

Прасл. *orzoritelь — «производное от глагола *orzoriti» [Журавлев (ред.) 2008: 93]. В старославянском языке слово не зафиксировано.

Слово обозначает того, кто уничтожает, но в зависимости от того, что уничтожается, выделяются два значения слова: Первое значение — «тот, кто морально уничтожает, упраздняет, низвергает, сводит на нет». В этом значении слово сочетается с названиями духовно-религиозного характера: «Крьстъ идолослужению разоритель» (Явл. креста) [УспСб: 167]; «слыши арью... необратимыи разбоиниче. нераскаемыи грѣшниче. неукротимыи на Христова стада волче . безбоязньныи святыя вѣры разорителю» [КТур: 278]; «исповѣда [св. Ирина] Христа с дьрзновениемь. бога истиньнаго проповѣдающи и господа всѣму миру... избавителя чловѣкомъ. разорителя идоломъ» [Пр 1383: 40в]; «Разумѣи... не потакая Лютеру, ненавѣстнику и разорителю ангелъского и чистаго жительства» [КурбПис: 374].

В [САР IV: 645] первое значение дано обобщенно и без примеров: «1) Разрушитель, тот, который изпроверг что», но второе (см. ниже) описывает «физическое уничтожение». В [Сл 1847 IV: 26] объединены оба значения: «разоряющий кого- или что-либо», аналогично толкуется слово в [Даль IV: 42], но дается иллюстрация, соответствующая первому значению: «разорители слова, лжемудрые разумники». В НКРЯ в примерах из текстов XIХ века даны контексты, в которых слово разоритель выступает в первом значении: «никого не проклинать и от церкви не отлучать, кроме как явных преступников и разорителей заповедей божиих». (А. С. Пушкин. История Петра: подготовительные тексты. 1835–1836); «с разорителями веры христианской бились» (С. М. Соловьев. История России с древнейших времен. Том девятый. 1859); «Вере христианской никогда я разорителем не буду» (С. М. Соловьев. История России с древнейших времен. Том десятый. 1860). В дальнейшем первое значение перестает фиксироваться.

Второе значение — «тот, кто физически уничтожает, разоряет». В этих контекстах речь идет об уничтожении реалий материального характера: «(1556): Многие грады и волости пусты учинили намѣстники и волостели... не быша имъ пастыри и учители, но сотворишася имъ гонители и разорители» [ЛьвовЛ: 570]; «И у него тѣхъ крестьянъ возмутъ безденежно, и отдадутъ сродственникомъ его, добрымъ людемъ... и не такимъ разорителямъ» [ГКотош: 142]; «А въ Галиче, государи, воевода и разорители наши галицкие подьячие составливаютъ заручные челобитные, чтобъ не быть у насъ на Унжѣ... особому воеводѣ» [ДАИ: 223 (1683)].

Это значение продолжает фиксироваться до настоящего времени: «Разоритель... 2) Грабитель, тот, который в бедность, нищету других приводит, отнимая у них имение или пресекая ими способы к стяжанию онаго» [САР IV: 645]; «В 1719 году был издан указ, чтоб помещики не разоряли крестьян своих, разорителей отрешать от управления имениями». (С. М. Соловьев. Петровские чтения. 1871); «Весь народ объединился в едином стремлении изгнать захватчиков — разорителей родной страны» (В. Чичеров, В. Крупянская. 1812 год в народном творчестве // Народное творчество. 1937); «О полководце Муммии, разорителе Коринфа...» (М. Л. Гаспаров. Занимательная Греция); «Разоритель. Тот, кто разорил, разоряет, производит разорение» [Шведова (ред.) 2007: 861].

Слово может использоваться в качестве приложения для характеристики неодушевленных предметов: «На удушение экономически здоровой части наших предприятий в рамках несправедливой, неравноправной конкуренции с предприятиями-разорителями?» (Александр Гангнус. Деньги для застоя? // Горизонт, 1989).

В фольклоре разоритель употребляется как эпитет жениха в свадебных песнях [Сороколетов (гл. ред). 2000: 54].

Слово управляет формой родительного падежа (см. большинство приведенных выше примеров). Реже встречается управление формой дательного падежа: «Михайла с товарищами, первые всякому злу начальники и Московскому государству разорители» (С. М. Соловьев. История России с древнейших времен. Том девятый. 1859); «Всякое упоминание о кабаке сопровождается очень нелестными эпитетами по его адресу: кабак — “греху учитель”, “душам губитель”, “несытая утроба”, “домовная пустота”, “дому разоритель”, “богатства истощитель”, “маломожное житие”, “злодеем пристанище и т. д.”» (Н. К. Гудзий. История древней русской литературы (XVI–XVII вв.). 1938); «Я им разоритель, я им обидчик лютый» (Ю. П. Герман. Россия молодая. Часть вторая. 1952); ср. приведенные выше идолослужению разоритель, разорителя идоломъ, вере христианской разоритель.